Помню, как сейчас, 9 марта 1953 г. – день похорон И.В. Сталина. Я тогда учился в первом классе. В этот день находился дома, поскольку в связи с траурными мероприятиями учеба в школе была отменена. По радио шла трансляция государственных похорон. Когда гроб с телом вождя стали заносить в мавзолей Ленина, то одновременно не только в Москве, но и во всех городах и весях страны, в том числе и в Ярославле, раздались заводские, фабричные, паровозные и пароходные гудки. Мой отец, грузчик комбината «Красный Перекоп», встал на стул и открыл форточку, чтобы лучше слышать фабричный гудок. В этот момент взглянул на него и увидел на его глазах слезы. Был по-детски удивлен увиденным: ни разу до этого не видел плачущего мужчину, тем более моего отца. Повзрослев и узнав, что мой папа, отец пятерых детей (старшему было двенадцать, а младшему один год), в сталинскую эпоху сидел в тюрьме. Не раз спрашивал его, почему он оплакивал смерть Сталина? Он всегда отвечал: «Он не при чем. Сажали, зная мое семейное положение, те, у кого сердца не было. Наоборот, благодаря письмам твоей матери Сталину, я был досрочно освобожден из мест заключения, полностью оправданный». Моя мама не раз говорила мне о том, сколько перенесла страданий в ходе коллективизации. Её семья, приписанная к кулакам, т.к. отец противился вступлению в колхоз, подлежала выселению из родных мест на Вологодчине. Она с младшим братом в прямом смысле слова сбежала в Ярославль. По прошествии многих лет, когда однажды мы смотрели телевизионный сериал «Вечный зов», она отметила, что этот фильм как будто про их жизнь в годы коллективизации. С другой стороны, она добавила, если бы не колхозы, то деревня осталась бы забитой и темной: там наряду с полной безграмотностью присутствовал тяжелый труд от зари до зари. Всегда вспоминаю её слова, когда читаю статью очередного злобствующего критика сталинской коллективизации сельского хозяйства. Кстати, читая воспоминания бывшего начальника Ярославского областного управления гострудсберкассы и госкредита, члена КПРФ А.Н. Балыбердина, он отмечал, что его часто спрашивали в постперестроечный период: «Почему я остался в Компартии, если семью Советская власть раскулачила и выслала на спецпоселение в Нарым?». Я отвечал: «Советская власть впервые в истории человечества была властью рабочих и крестьян, была властью народа». (Балыбердин А.Н. Все как было. Ярославль, 2000 г., С. 69.) Именно в силу этого он в декабре 1943 года на фронте вступил в Партию коммунистов.
И все же один раз на некоторое время мое положительное восприятие образа Сталина было поколеблено. В 18 лет прочитал повесть А. Солженицына «Один день Ивана Денисовича», опубликованную в журнале «Новый мир». Эта повесть, сравнительно не большая по объему, не только меня, но и моих товарищей захватила сюжетом. Писатель через восприятие литературного героя охарактеризовал на высоком художественном уровне трагические страницы жизни целого поколения советских людей в 30-50 гг. Подкупала повесть искренностью передаваемых чувств Ивана Денисовича, что пришлось ему пережить. С возрастом, окончив институт и аспирантуру и приобретя опыт общественно-политической деятельности в периоды горбачевской перестройки и ельцинской постперестройки, понял, что не все так просто бывает в жизни страны, особенно в переломные для нее годы. Поэтому нельзя однозначно оценивать деятельность Сталина. Наоборот, пришел к выводу о судьбоносности этой масштабной фигуры для нашей страны.
Середина 20-х гг. XX столетия. Ушел из жизни Ленин. При нем, благодаря его непререкаемому авторитету высшее партийное руководство внешне выглядело как монолит. С его смертью руководство партии моментально распалось на две группировки: одна во главе со Сталиным, а в другой доминировал Троцкий. Подобный расклад политических сил в партии Ленин предвидел, о чем он убедительно написал в заметке «Письмо к съезду». Он понимал, что раскол партийной элиты приведет к гибели социалистического государства, поскольку партия большевиков на то время являлась его несущим каркасом. Между прочим, ленинское предвидение один к одному сбылось, но уже в начале 90-х гг. ХХ века, когда политическая борьба между Горбачевым и Ельциным привела к ликвидации вначале Коммунистической партии, а затем и союзного государства.
Тогда Ленин в работах «Как нам реорганизовать Рабкрин» и «Письмо к съезду» предложил ряд мер по преодолению надвигавшегося раскола в Партии: увеличить за счет рабочих и крестьян состав Рабоче-крестьянской инспекции, которая в те годы контролировала высшее руководство партии. В письме он предложил переизбрать Сталина с поста генерального секретаря
В.И. Ленин и И.В. Сталин. 1922 год
как человека не всегда корректного во взаимоотношениях с коллегами по партии. Если первое предложение было реализовано, то второе – нет. В соответствии с ленинской оценкой Сталин готов был сложить полномочия. Однако абсолютное большинство делегатов XIII съезда РКП (б) не поддержало ленинское предложение. Данный факт наглядно свидетельствовал о высоком авторитете Сталина в партии. В дальнейшем Сталин никогда не держал обиды на Ленина. Он всегда называл себя его учеником. По словам д.ф.н., проф., Р.И. Косолапова, бывшего главного редактора журнала «Коммунист», до войны ходила легенда, что Сталин глубокой ночью приходил в Мавзолей и часами просиживал перед саркофагом, глядя на профиль вождя. Мысленно советовался с ним. Сталин оказался единственным в истории советского государства политиком, который не охаивал своего предшественника, а, наоборот, по возможности, постоянно подчеркивал его исключительно положительную роль в партии и стране. У Ленина были ошибки, и он сам признавал их. В работе «Детская болезнь левизны в коммунизме» он отмечал, что ошибок только у того нет, кто ничего не делает.
Одна из основных составляющих сталинского эффективного управления государством – его уважительное отношение к наследию Ленина. И действительно, линия на «оплевывание» всего положительного в делах своего предшественника, заданная Н.С. Хрущевым, продолженная Л.И. Брежневым и завершенная в наиболее гротескной форме М.С. Горбачевым, привела к полной дискредитации партийно-государственной власти, социализма как общественного строя и ликвидации самого советского государства.
Корнилов В.И., Первый секретарь ЯО КПРФ (1991-2000 гг.)
Сталин, как и Ленин, был идейным коммунистом, он уважал гений вождя, всю жизнь посвятил претворению в жизнь марксистско-ленинского учения с учётом обстановки в стране и мире. В делах Хрущева положительного было немного, в основном за счет задела, созданного при Сталине. Хвалить его подленькое «правление» нет оснований. Партия поздно освободилась от этого кукурузника. К чести Л.И. Брежнева, он не был организатором и не позволил партии зацикливаться на обвинениях Хрущева, отдал приоритет исправлению допущенных ошибок. Горбачев стал предателем и этим всё сказано. Время расставило всё по местам. Сегодня осталось мало «смельчаков», которые бы по-хамски относились к Советской Эпохе, которая высится гигантом на фоне нынешнего буржуазного «благополучия».