Миф о том, что в Красной Армии в 1941 году была одна винтовка на троих, — один из самых живучих и злонамеренных вымыслов о Великой Отечественной войне. Он упорно кочует из одного псевдоисторического опуса в другой, создавая образ неготовой к войне страны, поголовно безоружной армии и обессмысленного подвига. Историческая правда, которую десятилетиями кропотливо собирали советские и российские историки, безапелляционно утверждает обратное. Этот миф, словно призрак, бродит по страницам публицистики, но при столкновении с документальными свидетельствами рассеивается без следа.
Корни заблуждения уходят в начало XX века, но трагедия «одной винтовки на троих» — это вовсе не трагедия Красной Армии. Впервые эта фраза была зафиксирована в мемуарах британского генерала Альфреда Нокса, который в декабре 1914 года записал слова русского артиллерийского командира: «Новобранцев отправляли на фронт, выдавая по одной винтовке на троих». Это было суровой правдой о Русской императорской армии в Первой мировой войне, которая столкнулась с катастрофической нехваткой вооружения. Проблема действительно существовала, но относилась она к царизму, а не к социалистическому государству, созданному десятилетия спустя.
Несмотря на это, противники советского строя и сегодня пытаются приписать этот позорный факт Красной Армии. Примечательно, что сам Иосиф Сталин в своей предвыборной речи в 1946 году, приводя эту цифру, имел в виду именно ситуацию в старой, царской армии, чтобы на контрасте показать путь, пройденный страной. Однако недобросовестные интерпретаторы вырвали эту фразу из контекста и перенесли её на Великую Отечественную войну.
Зерно правды в этом мифе существует, но оно касается лишь специфической и не самой многочисленной категории войск — дивизий народного ополчения. В первые, самые страшные месяцы войны, когда враг рвался к Москве и Ленинграду, в ополчение шли добровольцы, часто гражданские люди. Промышленность ещё не успели перевести на военные рельсы, а склады были опустошены первыми ударами. Поэтому вчерашние студенты и рабочие действительно могли получать оружие не в полном объёме. В донесении штаба 33-й армии о боевом составе шести дивизий народного ополчения от 20 сентября 1941 года указано, что автоматических винтовок было 7796 вместо 21495 по штату, однако при этом в наличии имелось 34721 обычная винтовка. Это подтверждает, что даже в ополчении ситуация была далека от повальной безоружности.
Однако регулярная Красная Армия к началу войны была вооружена более чем достаточно. Цифры говорят сами за себя. К 22 июня 1941 года в арсеналах РККА насчитывалось более 7,7 миллиона винтовок и карабинов всех типов. При общей численности Красной Армии около 5,5 миллиона человек этого оружия хватало не только для оснащения всех бойцов, но и для создания стратегического резерва.
Советская промышленность — достижение индустриализации, которую сегодня также пытаются очернить, — к началу войны выпустила более полутора миллионов (!) самозарядных винтовок АВС-36, СВТ-38 и СВТ-40. Это было современное, по тем временам уникальное оружие, которым оснащалась передовая пехота. Армия была не только многочисленной, но и технологически развитой.
Более того, миф о массовой безоружности не находит подтверждения и в архивных документах. Если бы советские солдаты действительно шли в атаку с «черенками от лопат», а винтовку добывали в бою, вся логика военной науки и тактики была бы нарушена. Немецкие войска, сражавшиеся по всем правилам военного искусства, разгромили бы такую армию в считанные недели, однако этого не произошло, несмотря на тяжелейшие поражения 1941 года.
Интересно, что миф о «винтовке на троих» зачастую приписывается именно Красной Армии, тогда как в реальности острейший дефицит стрелкового оружия был в другом месте. Самое удивительное, что ноги у этого мифа растут от… немецкого фольксштурма. В конце войны гитлеровское командование, хватаясь за соломинку, бросало в бой стариков и детей, у которых реально была одна винтовка на троих и даже на пятерых с одной обоймой. Вот где действительно царил «винтовочный голод», а не в Красной Армии, которая прошла путь от Волги до Берлина с оружием в руках.
Миф об «одной винтовке на троих» в Красной Армии в 1941 году является исторической фальшивкой. Он родился из смешения эпох: реального дефицита в царской армии и трагической, но частной ситуации в народном ополчении, а затем был помножен на злонамеренную пропаганду времён «холодной войны» и перестроечную критику всего советского.
Советский Союз встретил войну во всеоружии. И если сегодня мы слышим этот миф, мы обязаны назвать вещи своими именами: это ложь, направленная на умаление подвига советского народа, который, не зная страха и отчаяния, с оружием в руках отстоял честь, свободу и независимость нашей Родины.
Илья КИСЕЛЁВ.